После развода родители практически забыли о Уэстли. Его склонность к эксгибиционизму перешла в острое желание реальных половых отношений. Первыми его жертвами стали его двоюродные сестры 6 и 8 лет и ребенок женщины, с которой встречался его отец, постоянно подвергались сексуальному насилию с его стороны. Благодаря своему достаточно интеллигентному виду, Уэстли пользовался доверием соседей, которые время от времени просили его присмотреть за своей детворой, а подросток по понятным причинам никогда не отказывался от «подработки». Работая в летнем лагере, он никогда не упускал случая предаться разврату под прикрытием игры «в больницу» или совместного купания голышом. Уэстли не раз попадался (впервые это случилось еще когда ему было 15, во время «демонстраций»), но, к сожалению, самым большим наказанием стало посещение психолога.
Чем старше он становился, тем сильнее было желание сексуального контакта с детьми. Со временем он пришел к выводу, что уговоры и увещевания куда менее действенны, чем обычная грубая сила, и начал уже напрямую приставать к детям, гуляющих в парках, заставляя тех идти за ним или раздеваться.
В 1982 году после неудачной попытки склонить растления двух девочек он попал в полицию, но срока не получил. Додд пошел на флот, но там его педофильные наклонности только усугубились – к ним добавились садистские фантазии, которые он стремился как можно быстрее реализовать. В поисках малолетних жертв он прочесывал близлежащую территорию, заходил в туалеты кинотеатров и в залы игровых автоматов. Его задерживала полиция, но даже после чистосердечных признаний в своих извращенных планах, никакого наказания Додд не получал, разве что однажды посидел в тюрьме 29 дней и получил направление к психотерапевту. После службы на флоте он попадал в руки полиции не единожды, но всегда родители изнасилованных детей отказывались предавать дело огласке, и преступника отпускали. Тем временем больные фантазии Додда начали переходить все грани возможного, и, мучимый навязчивыми идеями, он стал старательно планировать свои новые преступления в дневнике, описывая все с отвратительными подробностями.
«Третья жертва, умрет, наверное, так: я привяжу его как вторую жертву. Вместо того чтоб надеть ему на голову пакет, как планировалось раньше, я заклею ему рот скотчем. Потом зажму нос прищепкой. Тогда у меня получится отсесть и начать его фотографировать, пока он будет умирать, - и мне не нужно будет стоять рядом и держать его, и веревка тоже не нужна будет, и следов от нее на шее тоже не будет… Я сейчас очень отчетливо вижу его лицо и глаза…»
«Он пока что ничего не подозревает. Я, наверное, продержу его всю ночь и убью только утром. Так тело будет почти свежим для экспериментов. Я задушу его во сне, после того, как проснусь (если сам засну)».
Теперь он уже не уговаривал пойти с ним – он приказывал, он связывал своих жертв, его стали преследовать мысли о физическом издевательстве над детьми, расчленении и поедании трупов. В 1987 году он понял, что противостоять желанию убивать уже не может. Объектом его плана стал восьмилетний мальчик – Додду удалось заманить его в лес, но ребенок вырвался и рассказал обо всем матери. Насильника судили – но снова, несмотря на свои признания в нескольких преступлениях сексуального характера, 26-летний мужчина отсидел только 118 дней в тюрьме и еще год после выхода на свободу находился на контроле у полиции.
После тюремного заключения его маниакальная сущность настойчиво требовала все новых и новых жертв - и на этот раз они не должны были остаться в живых. В своем дневнике он обезличивал объекты своих преступлений, называя их «оно», а не «она» или «он». Он стал караулить в местном парке, надеясь рано или поздно воплотить в реальность все, что рисовала его извращенная фантазия.
Братья Билли и Коул Нир 10 и 11 лет стали первыми кровавыми жертвами маньяка – завидев возвращающихся домой мальчиков, Додд сказал им идти за ним, и дети, зная, что в обычно людном парке боятся им нечего, ничего не подозревали и последовали за своим убийцей. Всего за двадцать минут Додд изнасиловал ребят, убил их и уничтожил все видимые улики. Одного из мальчиков нашли еще живым, но он скончался вскоре после того, как его привезли в больницу, его брат был обнаружен пару часов спустя уже мертвым.
Додда не поймали. Упоенный своей безнаказанностью, маньяк стал строить еще более тошнотворные планы: теперь ему хотелось кастрировать своих маленьких жертв и получить удовольствие от мучений истекающих кровью мальчиков. Сначала ему хотелось просто смотреть, как жертва умирает в луже собственной крови, а потом у него возникло желание заставить ее есть свои же гениталии, приготовленные на ее же глазах, или сожрать их самому, пока мальчик еще дышит.
Когда Додд понял, что полиция не пошла по его следу, он переехал в Портланд, где и нашел свою новую жертву, 4-летнего Ли Исели. Он затащил мальчика в свой дом, всячески издевался над ним целый вечер и ночь до самого утра, подробно записывая ощущения в своем дневнике и делая фотографии умирающего Ли, а затем повесил ребенка в шкафу, затем прикрыв тело одеялами. «Мне нужно найти место, куда бы выбросить этот мусор», - написал он в своих заметках, имея в виду труп мальчика. Он планировал отвезти его к озеру, а все улики сжечь – все, кроме трусиков.
Теперь Додд уже не искал жертв в парках – он нацелился на кинотеатры, и ему уже почти удалось вытащить одного шестилетнего мальчика из туалета и поволочь его к себе, когда на помощь ребенку пришел парень его матери. Маньяка схватила полиция, заподозрившая его в убийствах братьев Нир и Ли Исели. На допросах он поначалу все отрицал, говоря, что только хотел изнасиловать ребенка из кинотеатра, но позже решил сознаться во всех преступлениях. Он рассказал полиции, где лежит дневник с подробными описаниями преступлений и фотографиями последней жертвы.
Додда осудили за три убийства первой степени и попытку изнасилования ребенка из кинотеатра. Сначала он не хотел брать на себя вину, но вскоре во всем сознался. 15 июля 1990 Додд получил смертный приговор. Он отказался от апелляции и выбрал казнь через повешение. Его последняя речь в суде звучала так: «Меня нужно казнить, не дав шанса сбежать или убить кого-то в тюрьме. Если я сбегу, то обещаю, что буду убивать и насиловать, получая удовольствие от каждой минутой».
Комментарии
RSS лента комментариев этой записи.